Казалось бы, праздники должны объединять людей. Даже вдореволюционные времена дворник, поздравив барина, мог рассчитывать насеребряный «рупь» или хотябы гривенник. Сейчас все иначе: поздравления простолюдинов миллионерам ненужны.

«Республика» убедилась в этом вканун Старого Нового года, когда, облачившись вкостюмы, редакция вполном составе отправилась щедровать. Подготовились тщательно: разучили щедривки, взяли напрокат костюмы исоставили маршрут посамым дорогим особнякам возле набережной Салгира.

Конфеты от Мельника

Начинаем эксперимент с дома депутата Верховной Рады Крыма Александ­ра Мельника. В двух­этажном особняке в английском стиле на берегу Салгира призывно брезжит свет. На пути к дому– глухой забор. «Коляда, коляда, отворяй ворота!»– голосим мы хором. За забором– тишина. Слышно, как падают с деревьев в пожухлую листву тяжелые капли– толи дождь, толи мокрый снег. Наконец, в открывшуюся калитку просовывается голова охранника. Удивленный страж (не каждый день встретишь вместе Деда Мороза, Снегурочку, черта с чертенком, утку, белку, волка, медведя и быка) на секунду замешкался. «Дай Бог тому, кто в этом дому!», – воспользовавшись моментом, затягивает нестройными голосами наша сказочная труппа. «Хозяева заняты!»– отвечает сторож и исчезает. Но ненадолго. Вскоре калитка снова распахивается, и охранник, с трудом сдерживая улыбку, выносит пакет с конфетами. Депутатские лакомства– недешевые, но и не запредельно дорогие: орешки в шоколаде «Любимов», российские конфеты «Мишка косолапый», карамельки. Самые необычные – маленькие сувенирные шоколадки из Праги: на обертках– виды европейской столицы.

«Мы с такими не общаемся!»

Вдохновленные первой победой, продолжаем гастроли возле одного из самых красивых домов Симферополя: в трехэтажном особняке с кованой надписью над воротами «Вилла „Виктория“» живет директор крымского управления «Приват Банка» Борис Финкельштейн. Его особняк стоит в нескольких метрах от Салгира, рядом – небольшая аллея, которую банкир посадил за свой счет. «Добрый вечер, щедрый вечер!»– поем мы, пританцовывая перед кованой оградой. Через пару секунд во дворе появляется охранник. «Ребята, никого нет дома!»– сообщает он.

Рядом с домом банкира высится трехэтажный особняк, словно перенесенный в Симферополь из бразильского сериала. Здесь обитает владелица клиники глазных болезней, профессор Нана Иванова. Светящиеся окна дарят надежду, думается, здесь-то ряженым точно будут рады. На звук щедривок калитку открывает пожилой мужчина. «Щедрівочка щедрувала, під віконце підбігала: „Що, бабусю, напекла, то нам– до вікна. Не щипай, не ломай, а по цілому давай!“» Но хозяин явно не в духе. «Мы с такими не общаемся!»– закрывая калитку, заявляет он таким тоном, будто перед ним колония прокаженных или толпа нудистов в естественном для нудистов виде. «С какими – такими?»– оскорбились мы. «С колядниками!»– ответ звучит уже из-за закрытой калитки.

Куницыны притворились, что их нет дома?

Следующий адрес– улица Садовая. Здесь, возле Малого Салгира, в шикарном доме живет бывший премьер Крыма, почетный президент «Таврии» Сергей Куницын. Окна горят, так что, похоже, хозяева дома. Но путь преграждает традиционный неприступный забор. Пока Дед Мороз пытается связаться с владельцами особняка по домофону, запеваем щедривку. Черт, заприметив камеру видеонаблюдения, пускается впляс. Но замечать нас категорически отказываются. «Хозяев дома нет», – звучит из домофона, а в доме почему-то гаснет свет.

Крупная удача

Не теряя боевого настроения, отправляемся вюжную часть Симферополя – там есть целый квартал, где живут богатые и знаменитые. На небольшом пятачке живут спикер Верховной Рады Крыма Владимир Константинов, пососедству с ним– мэр Симферополя Виктор Агеев, экс-депутат горсовета миллионер Иосиф Файнгольд и экс-прокурор Симферополя Родион Ратиа. Долго и безуспешно поем под забором у мэра крымской столицы, переходим к особняку экс-прокурора Симферополя – и здесь нас настигает первая крупная удача. Хозяин выходит на улицу, благодарит, вручает несколько купюр. А коллеги-то писали, что прокурор с женой сейчас  в Грузии! Ошибались, оказывается. Впрочем, спросить у Ратии, закрыто ли возбужденное прокуратурой дело против его супруги, мы не успели– щедрый хозяин торопился за праздничный стол. Спикера Константинова дома нет– он на юбилее у коллеги по парламенту и соратника по Партии регионов Петра Запорожца. Так что за основателя «Консоли» отдувается охрана– получаем небольшой гонорар, в ответ посеваем, желая добра и долголетия.

«Люди жадные, ничего не дают!»

На шум открываются окна соседних домов, хозяева сначала прислушиваются, потом слюбопытством рассматривают ряженых и, наконец, дают вознаграждение– так в нашем мешке оказывается бутылка «граппы» (виноградной водки) и несколько купюр. Встречные прохожие улыбаются иприветствуют Деда Мороза. Сказочный дед вообще оказался самым популярным персонажем в нашей группе: на каждом перекрестке Морозу уступали дорогу, а водитель одной маршрутки, провожая взглядом, долго махал ему рукой.

Вскоре мы впервые за вечер встречаем конкурентов: трое пацанов, устав от «посевания», развлекаются на элитной детской площадке. Увидев нас, тут же забывают об играх. «Люди здесь жадные, не дают ничего», – философски замечает паренек лет десяти, пристраиваясь к нашей процессии. Остальные бегут следом. Подмечаю, что в пакете, который мальчик держит в руках, есть конфеты. «Вы же что-то наколядовали». – «Так это в Старом городе, там дают!» «А что дают?»– «Да все, что угодно!– смеется пацан. – Хотя бы двери открывают!» Проводив нас до машины, «конкуренты» отправляются по своим делам, а мы– к особняку крымского депутата Игоря Лукашева. Хозяина дома нет, но охранник с улыбкой лезет в карман за деньгами– и наши доходы растут!

За два с  половиной часа мы нащед­ровали 186 гривен, бутылку виноградной водки и пакет конфет.

Эпилог